Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Подписка на рассылку

На этнической войне... (Геноцид русских в бывших ресбуликах СССР)

Часть 3. Родина–мачеха

Судьба русских переселенцев в России

Приведённая выше статистика заставляет нас обратиться к ещё одному вопросу. Почему русские, составлявшие немалый процент в союзных республиках, не сумели, а зачастую даже практически не попытались оказать отпор дискриминационной политике титульных наций? Организованное сопротивление геноциду смогли оказать лишь русские в Молдове. Отчасти в этой республике возможность такого сопротивления была обусловлена наличием форпоста, территории, не пожелавшей становиться частью молдавского государства. Но в том же Казахстане, где русские составляли половину населения, а казахи лишь пятую часть, такой форпост также мог бы быть, учитывая, что концентрация русских в областях, издревле заселённых казачеством, была весьма и весьма велика. Речь могла бы идти, как минимум, о широкой автономии для русских областей.
Причина подобной слабости заключается в крайней степени деморализации русских. Частично утерявшие национальные ориентиры, благодаря «мудрой» советской политике, преданные и брошенные на произвол судьбы собственным государством, под опекой которого они привыкли жить и без неё разом растерявшиеся, русские оказались не способны организоваться и защищать свои права. Но и это не всё. Естественный инстинкт людей, против которых ведётся политика геноцида (в ряде республик выливающаяся в резню) – объединиться и защищаться всеми доступными средствами. В том числе, с оружием в руках. Но именно этого–то инстинкта, инстинкта самозащиты и не обнаружили русские, по сути, сдавшиеся без боя. В критический момент каждый спасался, как мог. Одни бежали в Россию, бросая всё нажитое, другие покорно сносили унижения, третьи пытались «сойти за своих». В ходе гражданских войн, полыхавших в ряде республик, русские люди, в том числе военные, оказывались вовлечёнными в них на сторонах конфликтующих сторон. Например, в Карабахе одни русские сражались на стороне армян, другие – азербайджанцев, демонстрируя тем самым лояльность хозяевам республик, в которых проживали. Эта раздробленность, забвение собственной национальной гордости, крайний упадок духа привели к тем трагическим последствиям, о которых мы говорили подробно, привели к тому, что у местных шовинистов сложилось совершенное убеждение, сформулированное во время Бакинской резни одним азербайджанским офицером: «русские свиньи не смогут помешать, потому что они не вступятся за своего» (А. Сафаров. «Чёрный январь»).
Сегодня русские, остающиеся в бывших советских республиках, также разделены. Одни всё ещё не отчаялись перебраться в Россию, другие объединились в общественные организации, пытающиеся отстаивать права русскоязычного населения (в Казахстане на недавних «выборах» власти сделали всё, чтобы не допустить к ним представителей этих организаций, что не вызвало возмущения ни у международных наблюдателей, ни у России), третьи избрали путь ассимиляции. Основной чертой характера последних стала, как пишет ташкентец Андрей Кудряшов, «способность адаптироваться к окружающим данностям и смирять свои амбиции». В своей статье «Исповедь русского в Узбекистане» он приводит характерный эпизод: «Шестилетний сынишка моей подруги недавно пришел из детского сада преисполненный гордости:
– Оказывается, наш Президент такой мудрый, что мог бы управлять не только Узбекистаном, но и всем миром!..
Так сказали ему воспитатели. Это было 30 марта, на следующий день после взрывов в Ташкенте.
Он знает наизусть и поет по утрам «Сер куеш» – национальный гимн страны. Он убежден, что нормальные подростки должны писать на гаражах и заборах не «Rap», «Eminem» или «Менты – козлы», а «Цвети, родной Узбекистан!» И надо было видеть, как малый чуть не разревелся от обиды, когда из случайного замечания взрослых узнал, что территория и население Узбекистана меньше, чем у «какой–то России». А едва утешился, пошел играть в кораблики, воображая себе, как «флот Узбекистана покоряет заморские колонии»…»
Большинство русских, остающихся сегодня в бывших республиках СССР, остаются там, вопреки некогда озвученному В. Путиным мнению, что «все, кто хотел, уже вернулись», не от хорошей жизни. Они с радостью перебрались бы на Родину, но от этого их удерживает страх за своё и своих детей будущее там. Слишком много препон ожидает наших соотечественников, желающих вернуться. И соизмеряя силы, многие понимают, что пройти этот очередной адов круг, будет выше их возможностей. Бывший ферганец К. Бажин, которому проще оказалось получить английское гражданство (приехав по туристической визе в Британию, он, русский по национальности, запросил там политическое убежище и получил его), нежели российское, пишет: «После 3 июня 1989 года Россия бросила нас на произвол судьбы, вернее, бросила нас на растерзание шакалам, a c большинством тех, кто приезжает сам, обращается как узбек с собакой. Но собака, когда ее закидывают камнями, бежит туда, где ее не закидывают, где есть пожрать, где тепло, где если и не любят, то, хотя бы, не пинают, ведь даже ей не хочется подыхать под забором, (Кстати, в Великобритании нет бродячих собак и их не отстреливают, для них построены, по всей стране, такие шикарные приюты, какие российским бомжам и во сне не снятся). Возможно, это не самое красивое, поэтическое сравнение. Но, когда я вспоминаю, что было в Фергане после 3 июня 1989 года, мне становится совсем не до поэзии. Так хочется, чтобы Россия относилась к русским, ну, хотя бы, приблизительно, так же, как англичане к китайцам в Гонконге. Ведь в 1997 году, почти все жители Гонконга получили британские паспорта, почти 7 миллионов человек, а население Великобритании было 58 миллионов. Еще раз уточняю, что получили китайцы в теперь, уже, Китае, а русские из Узбекистана не могут годами получить российский паспорт в России…»

Продолжение следует...


  
Система электронных платежей