Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Подписка на рассылку

Игорь Михеев. Масонство, как форма организации этнофобии

26.01.2012

Игорь Михеев. Масонство, как форма организации этнофобии

Учитывая религиозный дух прошедших эпох вполне естественно, что в исторических культурах формой организации антисистемников были квазирелигиозные секты. Они были враждебны традиционным религиям и,  если не могли выступить против них открыто, проповедовали секуляризацию в области обрядов, таинств и догматики, упразднение церковной иерархии, что являлось первой ступенью на пути к явочному атеизму и антитеизму. В ряде случаев  антисистемники не имели нужды  рядиться в религиозные одежки. В античном  Риме, например,  в эпоху империи были распространены кружки парафилитиков  – гомосексуалистов,  садомазохистов, педофилов  и т.п. Судя по всему, такие сообщества  были весьма влиятельны и активно занимались политикой. Во всяком случае, в период с конца 1-го по 3-ий века по Р.Х. императорами в Риме не редко становились именно парафилитики. В романо-германской культуре в конце Средних веков возникает такая форма организации этнохимерной этнофобии как масонство. На этом феномене стоит остановиться чуть подробнее, поскольку роль масонства  в политической, и не только, истории последних двух веков столь велика, что переоценить её трудно. В связи с данной темой напомню  общеизвестное.

В  основе масонства лежит, как считают многие его исследователи, традиция, идеология и опыт тайной деятельности радикальных тайных иудаистских сект, возникавших на протяжении трех тысячелетий в  диаспорах. А основным его сакральным источником считается  каббала – эзотерика иудаистов, многие века передававшиеся  изустно, а в 12-13-м веках систематизированная в письменных источниках. Точнее, считается, что масонство использует не иудаистскую каббалу, а так называемую «христианскую», то есть интерпретацию  её европейскими исследователями  эпохи Позднего Ренессанса, в частности, Мирандолой и другими теоретиками Флорентийской академии.

Каббалистическая эзотерика христианскими  исследователями рассматривается как особый род мировоззренческой антисистемы - мистической по форме и рационалистической по сути. Абстрактный,  ускользающий от человеческого понимания и человеческого чувствования бог каббалы негативный. По мнению христианских исследователей, он есть, по сути, Ничто, порождающее  Антимир. Именно из кабалы  заимствованы масонская символика - ритуалы, магические знаки, пароли, имена и т.п. Учитывая, что каббалистическая мифологема оформилась под влиянием античных гностических и неоплатонических идей, соответственно, масонская мифологема, а она существует во множестве различных вариаций, также является переложением  гностицизма. В масонстве, впрочем, она играет служебную роль, здесь напомню лишь, что центральным  пунктом в гностицизме является тезис о порочности  сущего мира и необходимости его радикального насильственного изменения.

В начале так называемого Нового времени масоны взяли на вооружение идейки из различных рационалистических пантеистических антропоцентристских доктрин, бытовавших в Европе в Позднее Средневековье. В 18-м веке в эпоху Просвещения в масонстве оформился квазирелигиозный  культ «разума», под которым  понимается то,  что Флоренский назвал «голой рассудочностью». 

Организационные же формы и методы достижения целей масонства стали вырабатываться ещё в упомянутых древнеримских тайных кружках парафилитиков. В средневековой Европе опыт тайной борьбы с этносоциальными институциями народов - в данном случае христианской церковью и христианскими государствами был востребован в периоды усиления юдофобии романогерманцев: в 12-м веке во время Клюнийских реформ,  позже - в середине 14-го века во время эпидемии чумы, когда иудеев обвиняли в её распространении, а также  в период Контрреформации.

Масоны называют себя вольными каменщиками. Это связано с тем, что  первые масонские общества возникали как организации европейских цеховиков, ничего общего не имевшие с антисистемниками,  и создавались они с целью получения строительных заказов.  Интерес антисистемников они привлекли после  разгрома в начале 14-го века ордена Тамплиеров или Храмовников – главного штаба и средоточия внутренних врагов христианства и христианской церкви, превратившегося к тому времени в могущественную разветвлённую тайную организацию.

Оставшиеся без столь удобного прикрытия как монашеский орден тайные христоненавистники вспомнили опыт катаров, которые действовали под прикрытием принадлежности к цеху ткачей, и задумали подчинить себе цеховую организацию каменщиков.  По легенде, после  сожжения магистра храмовников Иакова Молея  в Париже в 1318 г. рыцарь Омон и семь других, оставшихся в живых братьев ордена, пришли на место казни собрать пепел костра, переодетые в каменщиков. Так или иначе, в масонские ложи цеховиков начали проникать люди, не имеющие к  древней профессии строителей никакого отношения, которых масонская традиция именует «спекулятивными» масонами. И уже скоро они стали здесь доминировать. Враги христианства активно действовали и во многих других цеховых ремесленных сообществах, используя то обстоятельство,  что верхушка цеховиков в ту пору была заинтересована в ослаблении родовой знати и  откликнулась на предложение тайной борьбы с существующим укладом христианской Европы.

Термин же "каменщики" тайные водители нового масонства интерпретировали в  плане символического строительства нового Иерусалимского храма, то бишь подчинения христианской Европы и всего мира "избранному племени". Ведь конечная и тайная цель  масонства, как считают большинство не ангажированных исследователей этого феномена – подготовлять почву для обретения «избранным племенем» обетованной ему власти над народами. То есть подтачивать и разрушать традиционные национальные общества,  национальные культуры, церкви и государства,  в первую очередь христианскую церковь и христианскую религию.

Впрочем, приобретение власти над народами и устроение мира на выгодных еврейству  основаниях было бы правильнее считать лишь промежуточной целью тайных водителей масонства. Конечная же цель  лежит в области  метафизики. Эта цель носит демиургический смысл - уничтожение Божьего в мире и Божьего мира как такового.  Так что масонство –  типичная антисистема, и возглавляют его именно этнофобы – этнохимеры.

Однако свою истинную цель закулисные основатели и водители масонства до поры не декларируют публично. Декларируемые для профанов цели масонства на первый взгляд выглядят вполне невинно и даже благородно. Содействие прогрессу, борьба с предрассудками и догматизмом, свобода совести, религиозная терпимость, установление мира во всем мире, солидарность и братство трудящихся, всеобщее равенство, демократия и социализм, защита прав человека.  Особенно популярны у масонов всевозможные футуристические призывы –  прогресс, новая эра, светлое будущее и т.п. 

На первых порах аполитичность масонства фиксировалась в самих уставах лож. Создавались декоративные ложи, в которые приглашались почтенные,  уважаемые персоны, в том числе и принадлежащие к августейшим королевским фамилиям,  чтобы демонстрировать лояльность масонства существующим в национальных государствах властям, и невинность его целей и задач. В качестве рядовых членов в ложи попадали  вполне патриотично настроенные люди. Например, в России в начале 19-го века в ложи была вовлечена значительная часть  столичного дворянства, благодаря чему европейскими масонами, среди прочего, был подготовлен бунт, так называемых, «декабристов». Но в первую очередь вербуются, как уже отмечалось,  биологические и нравственные уродцы, гомосексуалисты и т.п., причем, принадлежащие именно высшим слоям общества.

Непригодные, то есть люди с позитивным сознанием, патриоты, не склонные к анархии и не имеющие сколь-нибудь выраженного импульса разрушения -  отсеиваются. Наивные романтики, зачарованные загадочными ритуалами и конспирологическими играми, инфантильные личности, привлекаемые гуманистической риторикой,  а также разного рода амбициозные и уязвленные субъекты, стремящиеся через  масонскую солидарность к социальному самоутверждению,  используются для решения оперативных и тактических задач. При этом особенно тщательно отслеживаются, и умело используются пороки людей - честолюбие, тщеславие, корысть, зависть и т.п. И лишь немногим прозелитам, что называется,  своим по духу и крови открываются возможности для карьеры, по мере посвящения в более высокие степени  им постепенно открываются подлинные  цели и планы закулисных водителей масонства.

 С конца 18-го века  миллионы людей западной цивилизации, а в 20-м  веке и не только западной, словно загипнотизированные строятся под знамена, на которых начертаны масонские лозунги и следуют указанным масонством путем, даже не пытаясь анализировать, каким именно конкретным содержанием эти абстрактные словесные формулы насыщаются.  Уже к началу 20-го века почти все громкие цивилизационные «идеалы» во всяком случае, воспринятые той частью человечества, которая следует в фарватере контролируемой масонством западной культуры – так называемые западные ценности, являются масонскими. И уже никто не вспоминает, что ведь этими масонскими  манками подменены те христианские ценности, на которых, собственно, и возникла вся современная западная цивилизация -  христианский личный Бог, олицетворяющий нравственный Абсолют, христианская вера, христианская совесть, христианская апостольская церковь, уважение к предкам и к традиции, любовь к Отечеству - патриотизм, социальная солидарность, гражданская ответственность, приоритет общих интересов над частными, труд – как нравственная категория,  незыблемость брака и т.д.

Но за вполне привлекательными с виду лозунгами, навязанными этнофобским масонством человечеству, кроются идеи в корне разрушительные. Под прогрессом и борьбой с предрассудками полагается  забвение национальных традиций и обычаев. Под свободой личности – освобождение от ясных принципов и строгих норм традиционной религиозной морали,  забвение гражданских обязанностей. А, скажем, лицемерные призывы к социальному равенству у масонов  нацелены на разрушение естественной этносоциальной иерархии национальных обществ,  и провоцируют анархию, которая является необходимым переходным этапом на пути к воцарению этнофобии. Трактуя профанам о разумности вселенной и необходимости устроения некоего "царства разума", которое масоны противопоставляют, безусловно, по их утверждению, неразумному сущему - органически сложившимся традиционным национальным укладам, идеологи масонства забывают пояснить, что царствовать в их "царстве разума" намерены только они - посвященные в высшие степени масоны - элита этнохимерной этнофобии и никто более.

            Разговоры о демократии направлены на лишение власти ответственной части национального культурного класса, способной осмыслить и отстаивать общенациональные интересы. Такой культурный класс народы выделяют из себя,  пестуют в протяжении веков и вверяют ему свои исторические судьбы. Когда же антисистемникам – этнофобам удается устранить ответственную национальную элиту  от власти при помощи ложной демократии, страны и народы становятся их легкой и беспомощной добычей.

Призывы к религиозной терпимости и свободе совести, отрицание догматизма и экуменистическая риторика имеют в виду внесение раскола в церковную организацию, умаление авторитета и влияния традиционных церквей и значения традиционных религий как таковых – будь-то христианство в христианских странах или ислам среди мусульманских народов. Ведь, пока влияние традиционных религий в культуре определяющее, дело масонства и стоящих за ним  лишено перспективы - единство национального общества, основанное на общем религиозном идеале, нерушимо, а масонская пропаганда не сможет достичь цели, поскольку наталкивается на твердые убеждения, ясные моральные принципы и непреходящие духовные ценности. 

 Пацифистская демагогия о «мире во всем мире» и опасности милитаризма направлены на искоренение духа и самой идеи патриотизма, разложение национальных армий и, в конечном итоге, национальных государств. Разглагольствования о свободах и правах человека, каковые, якобы, выше национальных и общественных интересов, ставят целью вытравить гражданское чувство, государственническое начало, разобщить национальные общности и искусственно противопоставить интересы общественные и национальные частным. Здесь кстати примечательно высказывание немецкоязычного еврейского поэта Гейне, о том, что после вывода Моисеем евреев из Египта слово «свобода» на всех языках звучит с еврейским акцентом.

Для прикрытия своих реальных целей, пропаганды своих идей, этнофобия и её наиболее организованный отряд -  масонство создают фасад из вполне лояльных национальным государствам учреждений  – благотворительных, образовательных, научных, общественных и т. д., и т.п. И словно герой известной сказки, увлекавший в морскую пучину крыс не ударом хлыста, но игрой на дудочке, антисистемники увлекают народы в пучину смут и междоусобных войн невинными с виду демагогическими лозунгами. Для пропаганды этих лозунгов в многочисленных обществах и партиях  готовятся активисты, которые, как уже сказано, далеко не всегда явные этнохимеры-этнофобы и носители негативного сознания, но зачастую либо наивные романтики, либо честолюбцы, стремящиеся приобрести за счет масонской солидарности положение, авторитет и влияние.

В числе благих предприятий, которыми прикрывается масонство как наиболее невинное и универсальное выделяется просветительство. Но масоны пекутся о просвещении  не только в целях прикрытия своих целей. Не менее важная задача – внедрение  в умы широких масс масонских идей. Особое внимание уделяется школе. К началу 20-го века масонам удалось провести на Западе «реформу» образования,  изгнать христианство из высшей – университетов, а затем и из начальной школы, из школьного образования и воспитания, отделить  школы от церкви, следовательно, позитивное образование от духовного и нравственного воспитания. Тем самым, этнофобия избавилась от конкуренции и расчистила все преграды для пропаганды  своих идей и внедрения их в сознание молодых поколений профанов.

Что касается содержания масонского просвещения,  масоны стремятся именно подменить традиционное знание. В таковом центральное место занимает положительное моральное, нравственное знание - как любить Бога и Отечество, как уважать и любить родителей, супругов, ближних и дальних, как обращаться с окружающей природой, как избежать греха,  противостоять искушению и т.п. Это положительное, укорененное в вековом народном нравственном, духовном опыте знание подменяют  знанием позитивистским,  которое с началом Нового времени называют помпезно - "научным".  Достоинством позитивистского знания объявляется среди прочего его практическая ценность. Но на поверку оказывается, что замещающее "знание" описывает мир неких искусственных форм и отношений, надуманных, а, нередко, и разрушительных целей и ценностей. Яркий пример – масонское просветительство, которое стало содержанием знаменитого европейского Просвещения, настигнувшего в конце 18-го века и Россию. Что же касается научности такого знания, то саму науку здесь используют с целью принизить и заместить метафизическое, религиозно-сакральное знание, лежащее в основе традиционных религий. Как будто бы позитивное знание исключает сакральное. У масонского просвещения есть и мистико-символический аспект - источником «света» масонского «просвещения»,  является никто иной, как Люцифер - носящий свет - одно из имен сатаны.

Первой жертвой масонства пала христианская Англия,  которую в 17-м веке масоны сделали своим центром. Кровавая английская революция 17-го века готовилась именно ими. То,  что английский двор уже в 16-м веке тяготился опекой папы и Римской курии,  а национальные чувства англичан уязвляло управление ими из Рима, конечно, способствовало успеху дела, но отнюдь не религиозные интересы англичан преследовала английская революция. Англия представляла  удобный плацдарм для разворачивания антицерковной деятельности. Уже в 16-м веке Англию быстро удалось превратить в протестантскую страну, влияние католической церкви здесь резко упало. Однако в ту пору влияние католической церкви было все ещё слишком сильно среди романо-германских народов и масонство не афишировало своего участия в английской революции. Лишь в начале 18-го века для этого созрели объективные условия, и масонство смогло легализоваться - в начале всё в той же «просвещенной» Англии, которую принято считать родиной масонства. Отсюда масонство вместе с Просвещением быстро распространилось по всей Европе.

Особенно большое внимание уделялось Франции – тогдашнему оплоту католицизма.  Именно масонство, как доказано уже многими исследованиями, играло руководящую роль в подготовке и осуществлении многочисленных европейских смут 18-го-20-го веков. Прежде такие смуты носили характер религиозных войн. В Новое время  их стали называть революциями. Хотя этот термин явно не подходящий для того феномена, который с его помощью описывают, мы здесь не станем затевать терминологическую дискуссию и примем его. Разъясним лишь, что революциями историки-марксисты, а вслед за ними и  либеральные историки называют такие социальные катаклизмы, в которых их зачинщиками преследуется цель разрушения традиционного национального общества и упрощения этносоциальной структуры и иерархии, или же они объективно этой цели служат. Так, вот, вождями и активистами революций  выступают наиболее нетерпеливые и агрессивные субъекты из среды этнохимерной этнофобии, не склонные вести кропотливую тайную подрывную работу против церквей и государств. Но направляют их именно тайные начальники масонства.  Как правило, вожди революций были одновременно и масонами. В России, к примеру, Петроградский Совет рабочих депутатов в 17-м был создан именно масонами. Правда,  после своей победы большевики  масонские ложи запретили. Захватив власть явочным порядком, они уже не нуждались в конспирологическом опыте масонства. К тому же масонские ложи – элитарные сообщества и связь с ними компрометировала большевиков, выдававших себя за  вождей пролетариата, в глазах последнего.

Этнофобское масонство, как уже сказано, с готовностью одолжило революционизму и свои лозунги. В частности, и самый знаменитый:  "свобода, равенство и братство".  Его в период Французской революции выкинули именно масоны. И предназначался он для профанов, как масоны зовут нормальных людей. Ведь под свободой, как уже сказано понималась свобода от христианской морали, охраняемой церковью и от гражданских обязательств перед национальным государством, а равенство означало полное разрушение сословной структуры традиционных обществ. Что же касается этих высоких понятий как таковых, авторство масонства здесь вполне условно. Формулы "братство во Христе", "равенство перед господом Богом", "духовная свобода" были хорошо известны в христианском мире. Все, что оставалось сделать антисистемникам, это невзначай убрать отсюда христианского Бога и христианскую нравственность. После чего эти слова стали знаменем разрушения.

Особенность же революционеров, как уже сказано, состояла в том, что они, в отличие от тайных масонов, выступили против традиционных укладов национальных государств открыто и явно. Согласно доктрине революционизма национальные культуры должны быть уничтожены единовременно и радикально в так называемых социальных "революциях". Если же   масон и революционер уживались в одной персоне,  революционерство было публичным, а масонство оставалось тайным. Хотя для знающих людей, равно современников и поздних исследователей, масонское руководство революциями никогда не было секретом. Многие современники французской революции, например, прекрасно знали, кто и ради чего планировал эту кровавую смуту, кто создавал почву для  якобинских клубов, кто "упразднил" христианство и осквернял храмы, кто стоял за спиной Конвента и террора, кто был истинным виновником истребления национальной аристократии и миллиона рядовых французов. Причем, ещё раз замечу, самые большие жертвы пришлись на долю простых французских крестьян Вандеи, поднявшихся защитить себя и Францию от её разрушителей. То есть на долю того самого простого народа, защитниками и выразителями интересов которого лицемерно объявляли себя идеологи и вожди "революции".

Тем более, для знающих людей в том не было секрета, что масоны развернули в конце 18-го века столь бурную деятельность, что удержать в секрете все планы оказалось затруднительно. Так в 1785 г. в руки властей Баварии попали бумаги, открывшие европейской общественности планы готовящейся смуты. Это были документы одной из крупнейших в ту пору масонской организации - Ордена Иллюминатов. Содержание их было столь вопиюще, что во избежание кривотолков баварские власти решили дать возможность публике ознакомится с этими документами в мюнхенском государственном архиве. Из них было ясно видно, что речь идет о тайном общества, раскинувшем свои сети по всей Европе, в рядах которого оказались люди, имевшие немалый вес в своих странах – аристократы, лица, занимавшие видные посты в правительствах, издатели, профессора и т.п. Иные из них рассчитывали использовать влияние ордена в своих целях – расширения собственного политического влияния, приобретения министерского портфеля или кафедры, и т.п.

Особым вниманием у масонства пользовались члены венценосных семейств, не имеющие права на корону. Заманивая в ложи, их прельщали возможностью в результате революции таковое право снискать. Но, конечной целью истинных управителей масонства был передел в свою пользу власти и собственности, низложение национальных правительств,  разложение традиционной морали, уничтожение национальных аристократий и духовенства, и собственное воцарение на их месте.

Примечательны описанные в этом документе методы достижения масонством своих целей. Вербовка крупных государственных деятелей с использованием подлога, шантажа и т.п. Обработка общественного сознания через прессу, которая должна быть негласно  взята под  контроль, а также через публицистику и литературу. Пропаганда в прессе и образовательных программах антигосударственных, антинациональных и антирелигиозных (против христианской церкви) идей и настроений в качестве так называемых либеральных и прогрессивных. Моральное подавление противников опять же через прессу и соответствующее настраивание "общественного" мнения путем очернения, лжесвидетельства и компрометации их в качестве ретроградов, реакционеров, обскурантистов, врагов "свободы" и "прогресса", попросту сумасшедших. А в случае необходимости физическое устранение. Наконец, разжигание межсословной вражды, провоцирование смут, и натравливание люмпенских низов и народных масс на национальную аристократию, духовенство и национальные правительства с целью их свержения и установления своей масонской власти.

Причем, данный проект, согласно планам иллюминатов, должен был руководиться из единого центра и осуществляться параллельно во многих странах Европы. Здесь заметим, сообщества антисистемников возникают во всех культурах вполне независимо, это универсальный феномен, особенность  же масонства в том, что многочисленные масонские организации, если не  управляется  из единого центра, то, по крайней мере, стремятся поддерживать связи и координировать свои действия.

 Хотя, орден Иллюминатов действовал преимущественно в Южной Германии, информированные современники не сомневались, что "революция" есть ни что иное, как попытка реализовать всеевропейский проект. Уже тогда знающим и думающим людям была понятна и особая этнохимерная и этнофобская природа масонов, иллюминатов, якобинцев и т.п. Известный английский публицист Дуглас Рид в своей книге "Спор о Сионе" приводит примечательное высказывание французского шевалье де Мале: " Зачинщики революции не в большей степени французы, чем немцы, итальянцы, англичане. Они составляют особую нацию, родившуюся и выросшею в темноте посреди культурных народов, целью которой является подавление этих народов и господство над ними".

Здесь стоит лишь разъяснить смысл замечания на счет "темноты" "зачинщиков". Мале имел в виду, конечно, духовную их темноту. Что же касается формальной образованности, то масоны были, как раз, представителями вполне "просвещенных" слоев. Например, глава иллюминатов А. Вейсхаупт являлся профессором права, а  среди членов ордена преобладала, как раз, интеллигенция и просвещенное высшее чиновничество. Как, впрочем, и деятели более поздних коммунистических "пролетарских" интернационалов отнюдь не были пролетариями. Российские революционеры, например, даже хвастались, что "рабочее" правительство Советов, захватившее власть в стране в 17-м, самое образованное в мире. Среди членов влиятельнейшей современной организации масонов Бильдерберг-клуба немало профессоров престижных западных университетов.

Собственно, обнаруженные документы иллюминатов были ни чем иным, как актуальной версией программы действий этнохимерной этнофобии,  по сути своей, неизменной во все эпохи. Такого рода программа содержалась  в сектантской и в, так называемой, утопической литературе Средневековья, Реформации и Нового времени, в социальной философии 18-го века. До середины  19-го века этой программе придавался некий флер таинственности и секретности, что связано с опасностью в ту эпоху декларировать её откровенный цинизм. Но с окончанием эпохи романтизма в 1848 г. один из видных теоретиков европейской и мировой этнохимерной этнофобии К. Маркс –  лидер так называемого Первого Интернационала, «борец за права трудового народа», который, как выяснилось, финансировался ни кем иным, как крупнейшим на Западе банкирским домом  Ротшильдов, уже совершенно открыто публикует свой людоедский "Коммунистический Манифест". Теперь всем предоставлялась возможность убедиться, что программа  разрушения национальных государств и церквей – программа "всемирной революции" далеко не мистификация.

Правда, манифест Маркса предназначался для широкой пролетарской аудитории и от имени же пролетариата якобы был составлен.  В более откровенной и циничной форме,  в виде, своего рода, антиутопии, этнофобская программа была раскрыта в изданной в 1870 г. книге англичанина  Д. Редклифа «До Седана»  в главе «Ночь на еврейском кладбище в Праге», а ещё спустя четверть века в знаменитых  «Сионских протоколах». Русский религиозный писатель, служащий департамента инославных религий Синода Сергей Иванович Нилус, включивший их  во 2-е издание своей его книги "Великое в малом" полагал, что "Протоколы" являются выдержками из документов 1-го Сионистского конгресса, состоявшегося в августе 1897 г. в Базеле, а своими корнями изложенная в них программа восходит к древнеиудаистским источникам - Талмуду и Каббале. Его противники,  как и в случае с исследованиями Редклифа, утверждали, что это фальшивка, сфабрикованная  агентами русской тайной полиции в Париже для разжигания антисемитизма, и добились, чтобы ссылки и даже само упоминание  «Протоколов» считались моветоном.   Так или иначе, эти планы, и на это обращают внимание многие исследователи,  неуклонно и весьма последовательно проводятся  в жизнь той силой,  которую мы здесь называем антисистемниками-этнофобами.

Первыми на это обратили внимание ещё французские исследователи 19-го века, анализировавшие источники и движущие силы французских революций.   Дело в том, что после успеха Великой Французской революции и частичного успеха  революций 1830 и 1848 г.г., после упразднения во Франции  монархии, и существенного ослабления позиций  католической церкви, на фоне стремительной дехристианизации Европы масоны обрели уверенность  и стали более открыто заявлять о своих заслугах в упомянутых революциях. И это не могло остаться незамеченным. В начале 20-го века на факт явочного воплощения в жизнь этнофобской программы обратили внимание и русские социальные мыслители, анализировавшие по горячим следам источники, движущие силы и итоги «русской» революции 1905-го года.

Со  второй половине 19-го века и особенно в 20-м веке революционеры стали авангардом, точнее тараном антисистемной этнохимерной этнофобии. Им были приданы организовываемые масонами повсюду так называемые «рабочие» или коммунистические партии и интернационалы, которые призваны  объединять и организовывать низшие сословия, прежде всего, быстро росший в ту пору в Европе пролетариат,  с целью направить его энергию на борьбу с национальной аристократией, национальным деловым и культурным классом, традиционным обществом и христианской церковью. Необходимость в такого рода организациях пролетариата была обусловлена тем,  что, несмотря на всю риторику о равенстве и братстве в масонской среде, все же чувство брезгливости сытых и лощеных буржуа к чумазым пролетариям пересиливало. Так что собственно масонские структуры формировались из представителей этнохимерной буржуазии и аристократии,  а для представителей низших сословий оставались закрытыми и недоступными. Для пролетариев было решено учредить особые организации. Но командный состав  «рабочих» партий и интернационалов поставлялся из среды именно интеллигенции под строгим и неусыпным надзором лидеров масонства, которые с самого начала финансировали и управляли «рабочим» движением из-за кулис.

В этой связи примечательны фигуры главных вождей рабочего движения. Один из наиболее глубоких русских умов 20-го века С. Н. Булгаков, в молодости убежденный марксист, в статье "К. Маркс как религиозный тип"  приводит оценку личности Маркса социалистом Треховым, ездившим встречаться с лидером европейских социалистов в Лондон: "Я сожалею только ради общей нашей цели, что этот человек наряду с выдающимся своим умом не располагает благородным сердцем. Он смеется над глупцами, которые набожно повторяют вслед за ним катехизис пролетариев, так же как и над коммунистами а la Виллих, так же как и над буржуа. Единственно, кого он уважает это - аристократы, настоящие аристократы, с полным сознанием этого. Что бы устранить их от власти, он нуждается в силе, которую находит только в пролетариях, потому к ним он и пригнал свою систему. Несмотря на все его уверения в обратном, может быть, именно благодаря им я получил впечатление, что его личное господство есть цель всех его действий".

Неправда ли, любопытные впечатления от  «вожде мирового пролетариата». Сам Булгаков в этой же статье замечает: "Если судить по печатным трудам Маркса, душе его вообще была гораздо доступнее стихия гнева, ненависти, мстительного чувства, нежели противоположных чувств..." – типичные признаки антисистемности, негативности сознания.

 И, ведь, это оценки не политических противников, но соратников. А вот некоторые высказывания Маркса и Энгельса в письмах друг к другу, собранные И.Р. Шафаревичем и приведенные им в книге "Социализм, как явление мировой истории". " Какое значение имеет "партия", то есть банда ослов, слепо верящих в нас, потому что они нас считают равными себе, для нас...? Воистину мы ничего не потеряем от того, что нас перестанут считать "истинным и адекватным выражением" тех ограниченных собак, с которыми нас свели вместе последние годы", Энгельс Марксу, 13.11.1851. Или: "...глупый вздор насчет того, как он вынужден защищать меня от той бешеной ненависти, которую питают ко мне рабочие, то есть болваны", Маркс Энгельсу 18.05. 1859. Или: "Ну, а любить ведь нас никогда не будет демократическая, красная или даже коммунистическая чернь", Энгельс Марксу, 09.05.1851. Или: "Я заявил им напрямик: наш мандат представителей пролетарской партии мы получили не от кого иного, как от самих себя... Можешь себе представить, как эти болваны (партийцы - И.М.) были огорошены", Маркс Энгельсу, 18.05.1859.

Можно было бы  поразиться этой неприязни и даже ненависти к соратникам по партии и пролетариату, которому Маркс и Энгельс, якобы, служили, когда бы мы не знали, что для людей с негативным сознанием эти чувства вполне естественны и распространяются на всё вокруг. У тех же российских интернационалистов неприязнь к соратникам словами не ограничивалась, а выражалась в физическом уничтожении друг друга. Как, впрочем, в свое время, и у активистов Великой Французской революции – друг друга антисистемники, конкурирующие за власть, уничтожают с неменьшим  удовольствием, чем общих врагов.

После спада революционного социалистического радикализма масонство продолжало тайно пестовать по всему миру так называемое «левое» движение - пацифистов, гомосексуалистов, радикальных студентов, сочувствующих коммунизму интеллектуалов  и т.п. В связи с тем, что понятие революции себя скомпрометировало, и уравнительные идеи в значительной мере исчерпали свой разрушительный потенциал, масоны оседлали параллельно с социализмом другого проверенного конька из своего арсенала, так называемую "демократию". В России, например,  этнохимеры-этнофобы  начала века предпочитают называть себя социалистами и революционерами, а в конце – демократами и либералами. Хотя по сути своей, масонство - закрытые организации "избранных" есть прямая антитеза  демократии. Не случайно это вполне приличное античное греческое понятие нормальными людьми в России стало восприниматься с оттенком брезгливости.

Однако закулисные водители масонства опекают отнюдь не только левое движение и политическую активность лишь низов. Как уже сказано, лидеры этнофобии стремятся контролировать в первую очередь, как раз, верхи общества, привлекая в масонские структуры в первую очередь именно представителей элиты. В той же романо-германской Европе уже в  18-м веке  влияние масонства в истеблишменте  не просто огромное, но именно решающее. Крупнейшие банкиры и финансисты,  высшие должностные лица - президенты и премьеры, влиятельные министры, лидеры партий самого разного толка,  руководители наднациональных финансовых и политических структур, монархи и члены королевских фамилий, как правило, либо состоят  в ложах, либо являются членами  закрытых элитных клубов масонского типа, вроде Бильдербергского, представляющих собой разновидность ложи, освобожденную от мишуры мистики и символики.  Конечно, степень масонской "идейности" и активности монархов и президентов может быть различна, но масонство и его тайные водители должно быть уверено, по крайней мере, в лояльности видных политиков и администраторов.

 В 20-м веке власть и влияние этнохимерной этнофобии, в Западном мире уже настолько велики, что часто ее организации - вполне легальные международные финансовые и политические учреждения, всевозможные клубы и фонды, "творческие" союзы, "научные" общества, "парламентские" партии и т.п. Все это, ни что иное, как  формы структуризации этнохимерной этнофобии. Высокопоставленные масоны часто уже не утруждают себя и глубокой конспирацией, так как, масонство и это общеизвестно, держит под контролем западные правительства и  СМИ. Одно из таких квазимасонских "интеллектуальных" сообществ - «Римский клуб» с начала 70-х годов  уже вполне открыто, публично и, притом, в академическом ключе разрабатывает и пропагандирует среди профанов идею «мирового правительства», которому, профаны, то есть все мы, должны открыто переподчиниться.  А наднациональные масонские финансовые организации, вроде пресловутого Международного Валютного Фонда, Всемирного Банка и БМР (Банк международных расчётов)  уже давно осуществляют финансовый контроль над миром.

Наиболее влиятельно масонской организацией современности считается «Бнай Брит» - «Сыны завета» - позиционирующая себя как общественную неправительственную еврейскую организацию. Тайный орден масонов Бнай Брит основан в США в 1843 году и находится  под контролем банкирского дома Ротшильдов. Бнай Брит приписывается решающая роль в осуществлении «русской» революции начала 20-го века, равно и последней либерально-русофобской революции в России, и контроль над современным российским политикумом.   

Несомненно, в конце 20-го века мировое масонство, как авангард мировой этнохимерной этнофобии активно внедряет масонские организации и масонские идеи в   России. Кстати, в России мы в советское время имели возможность наблюдать реализацию масонских подходов в управлении. Ведь, правившая страной семьдесят лет номенклатура была организована, в сущности, на масонских принципах. Это была закрытая организация, со строгой иерархией и внутренней дисциплиной, со своей мифологией, этикой и пристрастным вниманием к атрибутике, со своими степенями посвященности. Таковых было шесть. Низший уровень - местной парторганизации связывал номенклатуру с массой профанов - "советских людей". А далее уровень райкома, горкома, обкома, ЦК и, наконец, политбюро. Подобного рода организацией являлся и КГБ, в котором посвященные в высшие степени отнюдь не считали нужным информировать стоящих ниже о своих реальных планах и целях.

Целью же этих лож номенклатуры и секретных служб были власть над страной и собственность на созданное трудом людей. И свои корпоративные цели их руководители нередко ставили выше национальных и государственных. Об этом свидетельствует и их тактика в период так называемой перестройки и демократических реформ. Тогда для того, чтобы заложить правовую основу и легализовать свои привилегии и права собственности на созданные народами России богатства и природные ресурсы, они не остановились перед тем, чтобы, следуя инструкциям американских советников, ввергнуть страну в экономический и политический хаос, расчленить её, демонтировать важнейшие государственные и гражданские институты, отдать на растерзание аферистам массы обывателей и на разграбление компрадорам и западным ТНК  природные ресурсы страны. А прикрывалась эта грандиозная афера демагогией о свободе и демократии…

________________


Возврат к списку


    
Система электронных платежей