Д.В. Соколов. Республика Тавриды: фальшивая государственность

22.04.2017

Д.В. Соколов. Республика Тавриды: фальшивая государственность

В середине января 1918 г. в Крыму установилась советская власть. Утверждая «революционный порядок», большевики и их союзники – левые эсеры и анархисты, практиковали массовые расправы со своими политическими противниками.

В Евпатории в январе 1918 г. красногвардейцы и матросы схватили и замучили около 300; в Ялте — 80-100; в Феодосии — свыше 60 человек1. В Симферополе цифра погибших в результате террора составляет от нескольких сотен человек в январе до 1702 в следующем месяце. Но, без сомнения, наибольшую печальную известность получили трагические события в Севастополе. Первые всплески насилия в городе произошли в декабре 1917 г. Разгулявшаяся матросская вольница устроила самосуды над офицерами и обывателями, в результате погибли десятки людей. В феврале 1918 г. только за две ночи 22/23 — 23/24 февраля 1918 г. революционные матросы истребили, по разным оценкам, от 2503 до 6004-8005 человек.

Распущены прежние органы власти и местного самоуправления; их сменили Советы и военно-революционные комитеты (ВРК, ревкомы). Едва утвердившись, сторонники «диктатуры пролетариата» стали претворять положения советских декретов. Национализируются предприятия, реквизируются дома зажиточных граждан. В связи с отделением Церкви от государства был прекращен отпуск средств на содержание культовых сооружений, а с 1 марта 1918 г. – священнослужителей6.

Положение советской власти в Крыму, тем не менее, было весьма неустойчивым, а взаимодействие между ее структурами было плохо налажено. Советы и ВРК действовали несогласованно, подчиненные им отряды практически не контролировались и представляли опасность для самой власти. Так, в марте 1918 г. матросы из отряда под командованием Семена Шмакова попытались совершить переворот в Симферополе. Угрозами и провокациями они вынуждали местный Совет избрать их командира своим председателем. И только вмешательство севастопольских большевиков, пригрозивших отправкой в город карательного отряда, заставило моряков отступить7.

Так что вопрос об эффективной организации власти являлся для крымских ленинцев (и других крайне левых) залогом их выживания.

28-30 января (10-12 февраля) 1918 г. в Севастополе состоялась первая конференция Советов и ВРК Таврической губернии. Конференция объявила себя Чрезвычайным съездом рабочих и солдатских депутатов с участием крестьянских депутатов. Приняты решения о роспуске прежних органов власти и замене их советскими учреждениями, создан губернский исполнительный орган в лице Таврического центрального исполнительного комитета (ЦИК). Административным центром губернии определен Симферополь. Созданы комиссариаты: земледелия, путей сообщения, юстиции, труда, просвещения и т.д.8

Став правящей партией, крымские большевики стремились к упрочению своей власти, стараясь привлечь в свои ряды как можно больше сторонников. Для чего им приходилось прилагать немало усилий. Влияние ленинцев было относительно сильно в городах; в сельской местности оно почти что не проявлялось. Партийные организации были слабо связаны между собой и часто действовали обособленно. Не имея широкой поддержки, большевики предпочитали действовать силой. Так, когда в ходе проходившего 5—6 марта 1918 г. в Симферополе проходил III губернский съезд профсоюзов и фабзавкомов, Большевики и левые эсеры, получившие только 53 голоса из более чем 200, создали отдельную фракцию, решив «потребовать обсуждения вопроса о признании Соввласти и в случае отклонения заявленного требования фракции немедленно покинуть съезд». Меньшевики, чьи делегаты решительно преобладали, настаивали на снятии всех политических вопросов. Тогда левые покинули съезд и принялись за формирование Временного Губернского Совета профсоюзов на платформе советской власти. Съезд был распущен вооруженным отрядом. Разумеется, подобные акции, не прибавляли большевикам популярности в рабочих кругах9.

Растущую напраженность в Крыму подогревали и внешние факторы. Заключив 27 января договор с украинской Центральной Радой, Германия приступила к фактической оккупации Украины, стремительно продвигая свои войска на юг. 3 марта 1918 г. Советская Россия подписала Брестский мир со странами Четвертного союза. Согласно договору полуостров признавался частью РСФСР и оставался вне боевых действий, но уже в марте австро-германские и действующие в союзе с ними украинские войска стали продвигаться в сторону Крыма. В этих условиях Совнарком признал целесообразным выделить Крым из состава РСФСР и провозгласить его отдельной республикой.

22 марта 1918 г. Таврический ЦИК принимает декрет о провозглашении Таврической советской социалистической республики (ТССР, Республики Тавриды). Было заявлено о принадлежности Черноморского флота провозглашенной республике, избран ее руководящий орган – СНК ТССР в составе 13 человек, который возглавил присланный из центра политработник – Антон Слуцкий. Поначалу территория ТССР включала в себя 8 уездов: 5 крымских (Симферопольский, Феодосийский, Ялтинский, Евпаторийский и Перекопский) и 3 материковых (Бердянский, Днепровский и Мелитопольский), а также 2 градоначальства (Севастопольское и Керчь-Еникальское). Но, в связи с тем, что согласно условиям Брестского мира материковые уезды Таврической губернии входили в состав Украины, они были исключены из состава Республики. Таким образом, суверенитет ТССР распространялся только на территорию Крыма10.

22 марта 1918 г. СНК Республики Тавриды разослал телеграммы, в которых уведомил правительства России, Германии, Австро-Венгрии, Болгарии, Турции и США о том, что «Совет народных комиссаров советской Республики Тавриды принимает и считает для себя обязательными условия мирного договора, заключенного правительствами Центральных империй и СНК РСФСР». 4 апреля 1918 г. из Москвы пришло сообщение, что Совнарком РСФСР официально признает существование Крымской республики как самостоятельной федеративной советской республики11.

Первоначально органы провозглашенной республики действовали в значительной степени стихийно и вразнобой. Не было четкой структуры власти, налаженных информационных каналов. Заседания СНК ТССР проходили неорганизованно, уровень дисциплины наркомов и исполнителей на местах был крайне низок. Были созданы народные комиссариаты, в том числе: земледелия, путей сообщения, труда, просвещения, юстиции и другие. При этом основное бремя организационной работы по руководству как комиссариатами, так и местными Советами нес наркомат внутренних дел. Возглавлявший его большевик Станислав Новосельский пытался навести порядок в системе нормотворчества, добиться исполнения распоряжений правительства12.

29 марта 1918 г. Совнарком Республики Тавриды направил всем Советам разъяснение по поводу разделения полномочий между Таврическим ЦИК и СНК: «Центральный Исполнительный Комитет является верховным контролирующим органом Советской власти, перед которым ответственен и которому подотчётен Совет Народных Комиссаров. Центральный Исполнительный Комитет является политическим руководителем всех Советов и организованных в них масс.

Совет Народных Комиссаров ведёт всю работу по проведению в жизнь начал и задач социалистического строительства и представляет из себя рабоче-крестьянское Советское правительство Советской Социалистической Республики Тавриды»13.

Одновременно СНК ТССР специальной инструкцией определил полномочия и компетенцию местных Советов. Указывалось, что хотя они «вполне самостоятельны в вопросах местного ха­рактера, но действуют сообразно с декретами и постановле­ниями как центральной Советской власти, так и вышестоя­щих Советов»14.

Являясь плотью от плоти ленинского режима, созданное псевдогосударственное образование в представлении его правителей должно было являть собой казарменный военный коммунизм. Де-факто крымские власти продолжили курс, обозначившийся уже в декабре 1917 - январе 1918 г.

Национализировались промышленные предприятия, банки, имущество церковных и религиозных общин, гостиницы, постоялые дворы, театры, кинематограф, связь, внешняя торговля, железнодорожный транспорт, торговый флот. Декретом от 12 апреля все недра земли и моря: руды, соль, воды, нефтяные источники были объявлены достоянием всего народа и Республики Тавриды15. Вводился рабочий контроль на производстве; предпринимались попытки создания коллективных крестьянских хозяйств16. Как и в предыдущие месяцы, происходили конфисканции, реквизиции, обыски. В селах бесчинствовали продотряды, которые изымали «излишки» хлеба у сельских тружеников.

В идеале руководство ТССР стремилось к диктатуре. С целью упрочения своей власти, Совнарком Республики Тавриды провел перерегистрацию местных Советов, в их руководство были направлены большевики17. Одновременно власти провозглашенной республики пытались усилить идеологическое влияние. Для чего пытались национализировать типографии и всю системы распространения прессы. Газеты «контрреволюционных» политических партий, равно как и независимые издания, подлежали закрытию. Вводилась цензура.

Естественно, подобные мероприятия (проводились они без учета насущных потребностей и нужд населения) также не способствовали росту симпатий к большевикам. Антисоветские настроения подпитывали социальные и экономические проблемы: безработица, продовольственный кризис. Недовольство людей порою приводило к жестоким эксцессам. Так, в Симферополе в середине марта (по другим данным – 3 апреля 1918 г.)18 на рыночной площади голодная толпа растерзала городского комиссара продовольствия Наума Глазова. Вместе с комиссаром был зверски убит его сын, организатор городского Союза рабочей молодежи, пытавшийся защитить отца19.

В условиях австро-германского наступления и реальной угрозы захвата полуострова и Черноморского флота, власти ТССР объявляют о принадлежности ЧФ провозглашенной республике и предпринимают лихорадочные попытки по укреплению собственных вооруженных сил и организации обороны. Для объединения всех военных учреждений Тавриды декре­том от 26 марта 1918 г. был создан наркомат но военно-морским делам, который объявлялся верховным военным органом ТССР, и ему предоставлялось «полное право распоряжаться всеми военными силами Республики и местными военно-революционными штаба­ми, находящимися в полном подчинении комиссара по военно-морским лелам». Тогда же правительством ТССР был объявлен революционный призыв в Красную армию сапе­ров, минеров, артиллеристов, а также мобилизация на оборонные работы 2% «буржуазии»20.

На следующий день от имени СНК и Таврического ЦИК была разослана телеграмма, в которой подчеркивалось, что возраст мобилизованных представителей буржуазии должен быть от 18 до 30 лет, и направить ее нужно в Чонгар. Одобрив эти меры, 28 марта съезд Советов Балаклавы, указал на необходимость привлечения буржуазии к рытью окопов без ограничений по возрасту, и не двух процентов, а всех способных к земляным работам. В свою очередь, 29 марта Ялтинский Совет предложил мобилизовать буржуазию с 18 до 45 лет, но взять на учет всех, высылая мобилизованных по мере требований Совнаркома. Практическое воплощение подобных инициатив грозило обернуться неминуемой смертью для многих стариков и больных.

Как следствие, в отдельных местностях мобилизационные мероприятия власти вызвали недовольство большинства населения. Так, в Феодосии объявленная Советом мобилизация на фронт всех «буржуев» (без возрастных ограничений, включая учителей и гимназистов) привела к тому, что 18 апреля с акциями протеста выступили профсоюзы металлистов, фабричных и портовых рабочих, сапожников, инвалидов и др. В результате пришлось ее отменить21.

В целом власти ТССР не осознавали всей серьезности положения, в котором они оказались. Многие высшие советские функционеры ошибочно считали, что, не добравшись до Крыма, немецкие части разложатся и остановятся сами, либо их остановят на подступах.

Даже когда германские войска уже находились на Перекопе, председатель СНК Тавриды А.Слуцкий говорил на делегатском собрании черноморцев:

«Немцы не могут прийти в Крым, ибо мы признаем Брестский договор; если же по какому-либо недоразумению они все же придут сюда, то стоит только показать им Брестский договор и они сейчас же уйдут»22.

Несмотря на грозные приказы и намерение «оборонять Крым до последней капли крови» (такое постановление вынес Военно-революционный штаб Севастополя23), деятели «первого крымского большевизма» признавали, что их вооруженные силы не готовы к активным боевым действиям. В одном из своих выступлений об этом прямо заявил председатель СНК ТССР А.Слуцкий, признав, что Красная армия в Крыму фактически «превратилась в банду мародеров»24. Оставляла желать лучшего и боеспособность Черноморского флота.

Объявленная мобилизация в ряды Красной армии также не принесла желаемых результатов. Некоторые отряды, в частности, Евпаторийский, вышли из подчинения и отказались идти на фронт. В связи с этим, 28 марта 1918 г. ЦИК Тавриды потребовал от СНК Республики «всей силой доверия и поддержки трудящихся, создавших Советскую власть, подавлять всякую попытку превратить социалистическую армию в орудие против Советской власти»25.

В апреле 1918 г. положение ТССР стало и вовсе катастрофическим. В середине месяца германские войска уже стояли у Перекопа. То тут, то там в Крыму происходили антисоветские выступления. В 20-х числах апреля на Южном берегу вспыхнуло восстание крымских татар, к которому присоединились скрывающиеся в горах русские офицеры, а также немецкие колонисты. Центром мятежа являлась Алушта, где «организовавшийся в ночь на 22 апреля мусульманский комитет фактически взял власть в свои руки»26. Выступления повстанцев также произошли в Феодосии, Судаке, Старом Крыму и Карасубазаре. В последних трех городах восставшим также удалось захватить власть. Председатель Судакского ревкома Суворов, был арестован и зверски убит. Вместе со Суворовым повстанцы казнили других руководителей ревкома – Р.Ф.Ганца, Егорова, и ряд ответственных советских работников27. Красная гвардия, насчитывавшая до сотни бойцов, разбежалась.

Жертвами татарских повстанцев стали не только большевики, но и христианское (греческое и русское) население, с которым восставшие отождествляли советскую власть. По Южному берегу Крыма прокатилась волна убийств и погромов.

В городах, которые находились под контролем ТССР, ширились оппозиционные настроения. Антибольшевистские силы – от меньшевиков и правых эсеров до кадетов и монархистов, резко активизировались. Еще в начале апреля 1918 г. в Севастополе произошли волнения. Меньшевики организовали отряды самообороны, и сумели получить большинство в местном Совете.

Ни о каком серьезном сопротивлении в этих условиях уже не могло быть и речи. Руководство Республики Тавриды думало только о том, чтобы как можно скорее уехать из Крыма. С 20 апреля 1918 г. началась эвакуация советских учреждений из Симферополя. Часть руководящих работников бежала на восток. Ей удалось спастись. Другая часть направилась на юг в надежде перебраться в Новороссийск. Оказавшись в Ялте, эта группа связалась с Алуштой, откуда сообщили, что в городе безопасно. Воодушевленные этим известием, члены ЦИК и Совнаркома Республики – А. Слуцкий, Ян Тарвацкий, Станислав Новосельский, Алексей Коляденко, Илья Финогенов, Иван Семенов, Степан Акимочкин и два члена Севастопольского Совета Бейм и Баранов, погрузились в автомобили и двинулись в сторону Феодосии. Но 21 апреля 1918 г. они были схвачены повстанцами и препровождены в Алушту. Во время допросов 22 и 23 апреля 1918 г. арестованные подвергались пыткам и издевательствам, а 24 апреля были расстреляны. В живых остались только тяжелораненые Акимочкин и Семенов28. Вместе с членами правительства Республики Тавриды татарские повстанцы казнили и руководителей Алуштинского Совета.

Большевики и их союзники, однако, еще не утратили способность сопротивляться. Вокруг Севастополя создается кольцо обороны. Наступающих повстанцев остановили пулеметы в районе Массандры. Неудачей завершилась попытка взятия Ялты. Прибывший в город из Севастополя миноносец «Гаджибей» доставил на своем борту десант моряков-черноморцев, который, включив в свой состав местных красногвардейцев, двинулся на Алушту. 23 апреля 1918 г., в 12 километрах от Ялты, восставшие татары были разбиты. Матросов поддержало греческое население, и по всему Южному берегу прокатилась волна татарских погромов. Подойдя к Алуште, миноносец обрушил на город артиллерийский огонь, в ответ на расстрел членов СНК ТССР высадившийся матросский десант устроил акцию массового террора: десантники «рубили без разбора всех попадавшихся им навстречу татар»29.

Тем не менее, несмотря на относительные успехи, достигнутые в борьбе против повстанцев, советская власть в Крыму доживала последние дни. Германское наступление не оставляло красным никаких шансов. 19 апреля 1918 г. немцы захватили Джанкой, 22 – Симферополь и Евпаторию, 29 – Керчь, 30 – Феодосию и Ялту. Только на подступах к Севастополю германские и украинские войска встретили организованное сопротивление. Бои здесь продолжались до конца апреля. Отряды красногвардейцев и моряков сдерживали натиск неприятельских войск, и порой довольно успешно. Однако в условиях, когда передовые части германских войск уже заняли Альминскую долину, ни о какой длительной обороне не могло быть и речи. Вопрос стоял лишь о временном сдерживании, пока будет проводиться эвакуация.

В ночь с 29 на 30 апреля 1918 г. под огнем противника часть флота была уведена в Новороссийск. Не встретив никакого сопротивления, 1 мая 1918 г. германские войска вошли в Севастополь. Другая часть подняла украинские флаги и сдалась победителям.

Так бесславно завершилась первая попытка установления советской власти в Крыму. Просуществовав сравнительно недолгое время, установившийся на полуострове зимой 1918 г. левоэкстремистский режим на момент своего падения в основном воплотил все присущие ленинскому большевизму специфические черты: запрет на свободную торговлю, подавление свободной печати, национализацию предприятий, конфискации, контрибуции, продразверстку, террор.

Неудивительно, что в трудный для советской власти момент, население не оказало ей серьезной поддержки. Больше того, пережитые ужасы побудили многих крымчан (особенно из числа интеллигенции, офицерства), доселе пытавшихся остаться в стороне от политических распрей, - встать на путь активной борьбы с большевизмом, пополнив ряды зарождающейся Белой армии и других антибольшевистских формирований. Ввиду чего Гражданская война принимала все более ожесточенный характер.


 

Впервые опубликовано: Революция и мiръ.Электронный информационный бюллетень, №2, 2017. - С.71-80


 



1 Кришевский Н. В Крыму // Красный террор глазами очевидцев / Сост. Волкова. С.В. М.: Айрис-пресс, 2009. – с.183; Красный террор в годы Гражданской войны / сост., вступ. ст. Ю. Фельштинского, Г. Чернявского. 3-е изд., доп. М.: Книжный Клуб Книговек, 2013. – с.177; 183; Мельгунов С.П. Красный террор в России 1918–1923 гг. // Мельгунов С.П. Красный террор в России 1918–1923 гг. Чекистский Олимп. М.: Айрис-Пресс, 2006. – с.143-144



2 Елизаров М. А. Левый экстремизм на флоте в период революции 1917 года и Гражданской войны: февраль 1917 - март 1921 гг.: диссертация на соискание учёной степени доктора исторических наук. - Санкт-Петербург, 2007. – с.242



3 Бунегин М.Ф. Революция и гражданская война в Крыму (1917—1920 гг.). Симферополь: Крымгосиздат, 1927. – с.126



4 Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. Без победителей. Из истории Гражданской войны в Крыму. 2-е изд., испр. и доп. Симферополь: АнтиквА, 2008. – с.294



5 Кришевский Н. Указ. соч. – с.183



6 История городов и сел Украинской ССР. Крымская область. Киев, 1974. - с. 85



7 Елизаров М.А. Указ. соч. – с.242



8 Зарубин В.Г. Проект «Украина». Крым в годы смуты (1917–1921 гг.). Харьков: Фолио, 2013. – с.112-113; Хазанов Г. И. Советская социалистическая Республика Тавриды // Борьба большевиков за власть Советов в Крыму. Сборник статей. — Симферополь, Крымиздат, 1957. – с.142



9 Зарубин В.Г. Указ. соч. – с.114-115



10 Пащеня В.Н. Расстановка этнонациональных политических сил в Украине и Крыму в период капитализма, революций и Гражданской войны (конец XIX века -1920 год). – Симферополь: ДИАЙПИ, 2010. - с.161; Хроника революционных событий в Крыму 1917-1920 гг. – Симферополь, Издательство «Крым», 1969. – с.81



11 Бикова Т.Б. Створення Кримської АСРР (1917–1921 рр.). Київ, 2011. – с.70



12 Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. Указ. соч. – с.331-332



13 Борьба за Советскую власть в Крыму: Документы и материалы. — Симферополь, Крымиздат, 1957. — Т. I. — с. 238



14 Хазанов Г.И. Указ. соч. – с.151



15 Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. Указ. соч. – с.333



16 Хазанов Г.И. Указ.соч. – с.151; 153



17 Очерки истории Крымской областной партийной организации. Симферополь: Таврия, 1981. – с.58


 



18 Успенская В. Симферополь. Историко-краеведческий очерк. – Симферополь, Крымиздат, 1961. – с.88



19 Баранченко В.Е. Гавен – М.: «Молодая гвардия», 1967. – с.89



20 Борьба за Советскую власть в Крыму….Т. I – с.232-234



21 Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. Указ. соч. – с.339-340



22 Королев В.И. Таврическая губерния в революциях 1917 года. (Политические партии и власть) – Симферополь, «Таврия», 1993. – с.67



23 Борьба за Советскую власть в Крыму….Т. I – с.232-234 – с.240



24 Бобков А.А. Разворот солнца над Аквилоном вручную. Феодосия и Феодосийцы в Русской смуте. Год 1918. – Феодосия-Симферополь, 2008. – с.227-228



25 Королев В.И. Указ. соч. – с.67



26 Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. Указ. соч. – с.342



27 Бобков А.А. Указ. соч. – с.237-238; История городов и сел Украинской ССР. Крымская область – с.508



28 Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. Указ. соч. – с.343-344



29 Указ. соч. – с.345


Возврат к списку


    
Система электронных платежей