А.Г. Тепляков. Рецензия на книгу: Ф.Э. Дзержинский – председатель ВЧК-ОГПУ. 1917–1926.

03.05.2011

А.Г. Тепляков. Рецензия на книгу: Ф.Э. Дзержинский – председатель ВЧК-ОГПУ. 1917–1926.

Серия "Россия ХХ век. Документы / Сост. А.М. Плеханов, А.А. Плеханов. М.: Международный фонд «Демократия», Материк, 2007. 872 с.

Опубликовано: Вестник Новосибирского государственного университета. 2011.

Т. 10. Вып. 1: История. С. 219–222.

Среди многочисленных документальных публикаций, посвящённых истории карательных органов СССР, нельзя не отметить появление в престижной серии почти 900-страничного большеформатного сборника «Ф.Э. Дзержинский – председатель ВЧК-ОГПУ. 1917–1926». Наполнили эту книгу преимущественно документы из обширного и хорошо известного исследователям личного фонда Дзержинского в РГАСПИ (Ф. 76), а также многочисленные материалы малодоступного ЦА ФСБ. Сборник вобрал в себя как важные документы, характеризующие взгляды основателя ВЧК и его роль в создании и укреплении своего ведомства, так и материалы, дающие много сведений о внутренней жизни «органов», его кадрах, взаимоотношениях Дзержинского с подчинёнными.

Однако при изучении этого внешне основательного сборника документов бросается в глаза сразу две негативные тенденции. С одной стороны, налицо апологетический подход к легендарной личности первого чекиста, предопределивший исключение из сборника многих важных (и зачастую давно известных) документов, которые показывали основателя ВЧК объёмно – как политика, активно влиявшего с помощью «обнажённого меча пролетариата» на общество, физически избавляя его от носителей инакомыслия; человека, замыкавшегося в ведомственных интересах, нервного, допускавшего очевидные промахи в работе и взаимоотношениях с коллегами по властной верхушке. С другой стороны, налицо искажение текста некоторых документов, а также их неправильное датирование и неудовлетворительное комментирование.

Составители проигнорировали известный сборник «Большевистское руководство. Переписка. 1912–1927.М., 1996», опустив опубликованные там документы, например, неотправленное письмо Дзержинского Сталину от 3 августа 1923 г., в котором автор просил об отставке с работы в НКПС: «Я не гожусь в государственные люди». Отсутствует и другое важное письмо Сталину от 5-6 октября 1925 г. – огромное, с резкой критикой Г.Е. Зиновьева и Л.Б. Каменева, где Дзержинский восклицает: «Я не политик».

Также из этого сборника Плехановы не взяли письмо Дзержинского Г.Г. Ягоде от 28 марта 1923 г. и В.А. Антонову-Овсеенко от 12 января 1924 г. Снято и письмо сталинскому помощнику Л.З. Мехлису (не ранее 1 мая 1925 г., с. 304), в котором глава ОГПУ с полной откровенностью характеризует стиль работы своей контрразведки, сообщая, что за 1924 г. за шпионаж осуждено 77 чел., «главным образом, наши сексоты-двойники». В этом же письме Дзержинский, которого А.М. Плеханов хвалит в том числе и за высокую образованность, вместо «ламентаций» написал «моментаций» (нарушений правил русского языка в автографах «железного Феликса» очень много). В проигнорированном письме Ягоде от 4 мая 1926 г. было бы интересно поразмышлять над смыслом фразы «пожертвовать кой-ком [так!]»: говорится ли в ней об агенте или о ком-то из чекистов? Нет выдержек из неотправленного письма Сталину от 3 декабря 1925 г., известных по публикации в массовом журнале [См. Коммунист. 1989. № 9. С. 82–84], отсутствует и письмо тому же адресату от 28 марта 1926 г.

Проигнорированы письма Дзержинского Г.Л. Пятакову от 14 июля и 2 октября 1925 г., а также В.В. Куйбышеву – от 1 и 5 февраля 1925 г., от 23 июня и 13 июля 1926 г. Последний год жизни Дзержинского оставил богатую эпистолярию. Но мы не видим совместного послания Дзержинского и А.И. Рыкова о Пятакове от 5 апреля 1926 г., так же как и письма главного чекиста Рыкову и Молотову от 1 июня 1926 г. Отсутствует письмо Рыкову от 2 июня 1926 г. с просьбой об отставке с поста руководителя ВСНХ. Таким образом, активное участие главы ОГПУ во внутрипартийной борьбе оказывается лишено выразительных штрихов (при том, что составители целиком на стороне Сталина и Дзержинского), его неоднократные заявления об отставках – скрытыми, а общее мучительно-нервозное состояние в последние месяцы жизни – смазанным. К тому же многие документы, опубликованные ещё в 1990-х гг., даны со ссылками на архивы.

Документы «родного» архива ФСБ также использованы составителями очень выборочно. Так, отсутствует письмо Дзержинского чекисту В.Н. Манцеву от 16 марта 1921 г. относительно высылки кронштадтских матросов на юг, яркие цитаты из которого со сноской на ЦА ФСБ приведены А.Л. Литвиным. Дзержинский велел уничтожать на месте «творящих бесчинства» и контрреволюционную агитацию матросов: «хулиганствующих, агитирующих, вывешивающих плакаты и других активных контрреволюционеров немедленно арестовывать и беспощадно расстреливать». [Литвин А.Л. Красный и белый террор в России. 1918–1922 гг. М., 2004. С. 385.]

Теперь о вопросах археографии. Своеобразное политическое завещание главного чекиста СССР – его письмо Сталину от 11 июля 1926 г., где Дзержинский с маниакальной уверенностью говорит о готовящемся нападении Польши на Советскую Россию, – впервые опубликовано в известном сборнике документов сталинской канцелярии [Лубянка. Сталин и ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД. М., 2003. С. 118]. Несмотря на ссылки на одну и ту же единицу хранения из фонда Дзержинского, документ напечатан с разночтениями, причём публикация 2003 г. упоминает «машинопись», а у Плехановых речь идёт о «рукописи».

На страницах 272 и 534 дважды опубликована – под 1921 г. и 1924 г. соответственно, причём с серьёзными несовпадениями и под разными заголовками – одна и та же записка Дзержинского от 16 марта 1924 г. о статье в 13-м томе берлинского «Архива русской революции», издаваемом И.В. Гессеном. Архивные шифры обоих документов полностью совпадают. Сначала записка датирована 1921 г., хотя выпуск «Архива» начался тогда же и никак не мог в начале 1921 г. дойти до 13-го тома. Значит, правильная датировка – 1924 г. Очевидна и ошибка, допущенная при комментировании записки – известный кадет И.В. Гессен везде назван Г.В. Гессеном (С. 728).

Документ № 285, отправленный 26 июня 1920 г. Ленину и содержащий информацию о положении на Украине, опубликован с купюрами. Авторы дали отсылку на сборник советских времён [В.И. Ленин и ВЧК. М., 1987. С. 333]. Но в сборнике «Большевистское руководство. Переписка 1912–1927» на с. 137–138 этот документ напечатан полностью. Плехановы опустили резкие обобщения: «Местные коммунисты какие-то недоноски, живут мелкими интересами. <…> Вся, можно сказать, интеллигенция средняя украинская – это петлюровцы».

Желание отнести побольше материалов к легендарному 1917 г. привели к неправильному датированию 29–30 декабря 1917 г. документа № 18. В нём Дзержинский дает поручение С.Ф. Реденсу, но тот в указанный период ещё устанавливал советскую власть в Екатеринославе, а на Лубянке появился во второй половине 1918 г. Скорее всего, записка относится к концу 1918 г.

Документ № 34 датирован немыслимым 30 февраля 1918 г. Просьба бывшего председателя Казанской губчека К.М. Карлсона к Дзержинскому заступиться за осуждённую Казанским РВТ жену относится отнюдь не к началу 1918 г., когда бывший наборщик Карлсон работал в системе управления печатным делом в Петрограде. Назначение Карлсона председателем Казанской губчека состоялось в ноябре 1918 г., но в июне 1919 г. он был снят и переброшен с понижением в Москву. Неприятности у Карлсона начались в связи с тем, что в мае 1919 г. руководство губкома и комендант укрепрайона арестовали нескольких видных чекистов за взятки и пьянство. По приговору ревтрибунала заведующий Спасской уездной ЧК И. Терешин, его заместитель С. Никифоров и следователь губчека Стекольщиков были расстреляны. [Чекисты. М., 1987. С. 47.] О нравах в «правоохранительных» органах Казани наглядно говорит и процесс над 9 сотрудниками ревтрибунала и губчека, прошедший в июле-августе 1919 г. Главными обвиняемыми в должностных преступлениях и пьянстве выступали председатель губревтриба В. Устьянцев, начальник секретного отдела губчека Э. Лапинлауск, его помощница 19-летняя М. Кангер (она же супруга Карлсона, которую он – по крайне мере, в чтении Плехановыми, именует как Кангар) и несколько следователей трибунала. Все они были изобличены во взяточничестве и хищении ценностей во время обысков. Для разбирательства в Казань прибыла комиссия в составе наркома юстиции Д.И. Курского и зампреда ВЧК И.К. Ксенофонтова. Они санкционировали аресты и осудили заступничество Карлсона за обвиняемых, которым в итоге были вынесены суровые приговоры [Литвин А.Л. Красный и белый террор в России… С. 113-114.]. Скомпрометированный Карлсон обратился к самому Дзержинскому и нашёл у главы ВЧК полное понимание – тот взял жену Карлсона на поруки, а чекиста впоследствии продвинул по службе. Соответственно, обращение Карлсона должно быть датировано примерно летом 1919 г.

Неправильно датирован 21 декабря 1918 г. документ № 141, ибо скорее всего речь идёт об июле 1919 г., ведь именно тогда было принято решение об упразднении ВУЧК. Документ № 514 датирован после 5 июля 1921 г., но на самом деле он появился годом ранее, поскольку в нём речь идёт об особом отделе Юго-Западного фронта, упразднённом ещё в декабре 1920 г. Записка Дзержинского В.Р. Менжинскому от 22 августа 1924 г. датирована 1923 г., хотя в её тексте упоминается Ленинград.

Большинство документов составители оказались не в состоянии истолковать. А при комментировании показаний, данных Дзержинским 5 мая 1918 г. наркомату юстиции (в заголовке документа, вероятно, из-за пропущенной строки названному нелепым «комиссариатом публичных обвинений») по делу М.А. Муравьёва, оказался совершенно опущен интереснейший эпизод с ловушкой, в которую попался сам железный Феликс. Военачальник-эсер Муравьёв в апреле 1918 г. был арестован в значительной степени благодаря ложному доносу полковника латышских стрелков А.И. Эрдмана (Бирзе), который в публикации везде ошибочно фигурирует как Бризе, а в именном указателе офицер-эмигрант «Бризе» именуется… экспертом Эрмитажа (С. 675). Возможно, что сам Дзержинский исказил фамилию, а комментаторы где-то нашли человека с аналогичной фамилией и смело поменяли полковника на искусствоведа.

Между тем в 1918 г. псевдоанархист Бирзе был доверенным человеком Дзержинского, который долго не подозревал, что имеет дело с опаснейшим врагом. А в 1924 г. глава ОГПУ получил большое письмо от парижского белоэмигранта Эрдмана (Бирзе), в котором тот подробно рассказал, как под носом у ВЧК организовывал антибольшевистское подполье, помогая Б.В. Савинкову. Бирзе уверял, что ВЧК была полна его людьми: «Помните то, что когда-то Вы, угощая меня своим ужином <…> спрашивали меня посоветовать Вам: “как найти тех, кто выносит из Кремля все секретные сведения и <…> кому они передаются”. Теперь могу Вам сказать, что передавались они мне, а кто выносил, те до сего дня служат в Кремле “верноподданными» коммунистами”. Венцом советской карьеры Бирзе стала работа в оперативном отделе наркомвоенмора Л.Д. Троцкого, где он выдавал себя за доверенное лицо Дзержинского и являлся одним из кураторов военной контрразведки: «Вся моя работа… исключительно шла на контрреволюцию, и особенно по снабжению всесильными документами и мандатами, при помощи которых и велась работа» [См. К истории ВЧК: Письмо А.И. Эрдмана (Бирзе) Ф.Э. Дзержинскому. Вводная статья, подготовка текста и комм. А.И. Колпакиди // Русское прошлое. Историко-документальный альманах. Кн. 6. СПб., 1996. С. 181–208.].

Комментируя разбросанные по текстам фамилии, составители путаются в чекистах даже высокого ранга. Глава Омской губчека П.В. Гузаков назван просто сотрудником Омгубчека Гусаковым (С. 731); вместо секретаря Сиббюро ЦК РКП(б) В.Н. Яковлевой упоминается некий Яковлев (С. 322); вместо помощника начальника Секретного отдела ГПУ А.А. Андреевой (Горбуновой) фигурирует мифический начальник Секретного отдела ГПУ Андреев (С. 456, 714). Чекист Л.Н. Бельский (А.М. Левин) в именном указателе фигурирует дважды: как Бельский и как Левин. При этом Бельский (Левин) был не полномочным представителем ВЧК по Дальневосточному краю, а директором Госполитохраны ДВР. Нет инициалов у видного большевика И.А. Зеленского, крупных чекистов А.С. Буцевича, В.А. Кишкина и В.С. Корженко, а известный партиец и оппозиционер Ю.Х. Лутовинов оказался составителям вообще неизвестным (С. 556). В 1923 г. вместо губернии фигурирует мифическая Иркутская область (С. 690).

Нам не хватит места перечислять все ошибки сборника. Отметим в заключение, что при работе над именным указателем составители пошли по наиболее простому и порочному пути: взяли даты жизни персонажей из советских книг вроде сборника «В.И. Ленин и ВЧК», где даты расстрелов были специально искажены, чтобы взгляд пореже цеплялся за 1937 и 1938 гг. Таким образом, у десятков лиц, как правило, очень известных, датами смерти ложно указаны 1939–1945 гг. Всё это следует иметь в виду читателям претендующего на академизм сборника, в котором слова и дела Дзержинского и его соратников представлены отнюдь не с академической точностью.


Возврат к списку


    
Система электронных платежей